Публикации

Новости и события

Новости компаний

 

Супруги из Первоуральска отсудили у врачей миллион рублей за ребёнка, который родился в коме

17.05.17 [08:07]
Прочтений новости 3339
  Версия для печати
Раздел: Первоуральск

Супруги из Первоуральска отсудили у врачей миллион рублей за ребёнка, который родился в коме
Ребёнок в два года не видит, не ходит и не говорит.

– Хоть нам люди и говорили, что у нас мафия такая везде и никто не выигрывает такие суды, но хотелось добиться справедливости. Мы собрали документы и обратились в суд, – так начинается "судебная" история семьи из Первоуральска, которая воспитывает сына-инвалида. В конце апреля суд признал вину врачей первоуральской городской больницы, которые с ошибками приняли роды. На разбирательство ушло 8 месяцев.

Беременность у 27-летней Ксении проходила замечательно, рассказала ее мама Светлана Ивановна. Ксюша с мужем ждали первенца – сынишку Арсения. Из зафиксированных в карте диагнозов в разное время были ОРВИ, небольшая анемия и однократное обвитие пуповины.

– Врач в женской консультации хвалила, что всё хорошо. Все УЗИ пройдены, ребёнок развивается. Мы думали, всё будет замечательно, пошли на роды вместе. Немного она переносила сына, до 41-й недели, но и я в своё время родила на 42-й неделе, – вспоминает Светлана Ивановна. – Ксюша мне позвонила ночью из роддома, сказала: "Мама, меня в родовую перевели".

Это была ночь с субботы на воскресенье, 22 марта 2015 года. Дальше, по словам мамы, в зал, где лежала дочка, приходили разные врачи, осматривали, говорили дежурное "всё нормально" и уходили. Мама гладила дочь по спине и успокаивала.

– Мне казалось, что всё идёт как нужно, аппарат КТГ был подключен всё время. Врачи уходили: часа на два уйдут, потом появятся. Те, которые смену приняли, посмотрели её, говорили: "Попробуй тужиться". Потуг не было, но схватки шли, – вспоминает женщина. – Но Ксюша очень устала, не спала толком с пятницы. Отошли воды, её перевели в родовую в первом часу. Схватки каждые 10–15 минут шли… Лежала такая измождённая, худенькая.

После этого врачи для ускорения процесса поставили будущей маме капельницу с окситоцином и заверили: "Через 2 часа родишь". Но малыш не спешил появиться на свет. На языке врачей это была "слабая родовая деятельность", на самом деле, как выяснилось позже, медики не распознали другое – неравномерные маточные сокращения. Малыша внутри сдавило, и у него началась внутриутробная гипоксия.

– Они начали давить ей на живот, одна акушерка, потом две, я старалась не вмешиваться – не врач же, помешаю, не дай Бог, – говорит Светлана Ивановна. – Потом вижу, что у врачей ничего не получается, глаза у самих на лоб полезли. Давайте, говорят, вакуум. Взяли его, наложили – и такой треск пошёл, говорят: "Ой, опять он какой-то бракованный". И началась путаница какая-то, манипуляции словно наспех были. Ксюша им до этого говорила: "Я уставшая такая, сделайте мне кесарево, я уже не могу сильно тужиться", на что те отвечали: "Нет-нет, сама родишь". Потом опять она просила кесарево, говорят: "Уже поздно". Так и оказалось. Стали ребёнка тянуть, на третий раз кое-как вытянули….

Ребёнок родился синего цвета, в коме, он не дышал и не кричал. Вернуть к жизни младенца пытался врач-неонатолог – делал искусственное дыхание специальным прибором.

– На лоток его положили, я смотрю – словно трупик лежит. Ребёнок же, когда рождается, он розовый, напряжённый. А тут взяли – ручки болтаются, ни тонуса, ничего нету, – вспоминает бабушка появление на свет внука.

– Забежал анестезиолог, и меня выгнали: "Давайте, мамаша, выходите, нечего тут делать". Выходит неонатолог с ребёнком, я его спросила: "Почему он не кричит. Объясните, что такое?" Он мне говорит: "А вы видели, как безобразно были приняты роды?", поскольку он присутствовал последние 20 минут и видел, как ребёнка вытаскивали. И тут до меня начало доходить, насколько же всё было безобразно. И туман в голове – я там более 10 часов провела, без ног уже была и представляю, каково Ксюше было со всеми этими передрягами… – говорит женщина.

Женщина пыталась узнать о состоянии внука, которого перевели в реанимацию. Акушерка, принимавшая роды, предположила, что виновата сама роженица. Но в карте беременной никаких "страшных" диагнозов не было.

– Про состояние ребёнка Ксюше ничего не сказали врачи. Мы через знакомых даже начали узнавать. Вышли сперва медсёстры, сказали: "Ребёночек устал, он там полежит, вам потом принесут". Ксюша успокоилась… Но о реальном состоянии мы узнали позже, – говорит Светлана Ивановна. – Видимо, не придумали, что сказать. Ощущение было, что это воскресенье, никого нет, некому делать кесарево, неохота – стимуляцию сделаем, и всё само пойдёт.

Ребёнку поставили сразу несколько тяжёлых диагнозов: эпилепсия, ДЦП, судорожный синдром, поражение центральной нервной системы, левое полушарие мозга практически погибшее, атрофия головного мозга, атрофия коры, кисты. Часть диагнозов как раз спровоцировало наложение вакуума при родах.

Родителям пришлось справляться с бесконечными судорогами у малыша. Уже в 6 месяцев, в августе 2015 года, маленькому Арсению поставили инвалидность – и сразу на два года.

Сейчас ему 2 года и 2 месяца, но он ничего не может: не говорит, не сидит, не держит голову и не ходит. Время проводит на руках у родителей или бабушки. Ни на ком из близких малыш взгляд не останавливает, и непонятно, видит ли он что-то или нет. Хотя диагноз однозначен: атрофия зрительного нерва. Помочь малышу смогли немецкие врачи и курсы реабилитации.

– Он слышит, реагирует, у него есть эмоции. Есть радость – ему нравится купаться, в воде более подвижный, ему там легче, видно. Спит тяжело, только с мамой и папой. Полтора года они в Германии были, там, слава богу, справились с приступами эпилепсии с помощью иностранных лекарств, но у нас таких нет – наши выписали допотопный препарат, с него ребёнок спит и всё. А там всё-таки привели его в более осознанный вид, что позволило с ним заниматься. Сюда приезжаем – нам говорят: "Вам ничего нельзя, у вас же эпилепсия!" Но ведь будет хуже, если он будет просто лежать и не развиваться, скоро скрючится… – говорит бабушка.

Супругам помогали и финансово, и морально друзья и родители. Лечить и поднимать сына приходится за свой счёт. В этом году у пары родилась здоровая дочка. Но рожать Ксения в этот раз отправилась в 40-й роддом Екатеринбурга.
Арсений смотрит своими большими глазами, но, к сожалению, ничего не видит.

– По Арсению врачи никаких прогнозов не дают. Очень тяжёлый ребёнок… Наша медицина не даёт никакой реабилитации, когда есть эпилепсия. Как будет жить, так будет. В ОДКБ в неврологии нам сказали: "Возьмите ребёнка на себя, у него пострадали лобные доли, будет как растение". Мы спросили: "Как быть, может быть, где-то лечат?" Нам ответили: "Нет, ничего не сделать". Мы, конечно, находим другие способы, нетрадиционные – недавно из Сербии терапевты приезжали, пытаемся ему хоть как-то помочь, – рассказала бабушка.

Обратиться в суд семья решила после того, как увидела репортаж о подобной ситуации, и мы не раз писали о таком: недавно, например, серье из Красноуральска удалось отсудить у больницы полтора миллиона рублей за ошибки при родах.

– Я не хочу сказать, что все поголовно такие врачи, наверное, есть хорошие. Но эти не извинились даже. Когда я была на втором заседании суда, где были врачи, там был этот мальчик-неонатолог, но он сказал, что ничего не помнит. Но его можно понять. А когда гинеколога спросили, почему такое случилось, та ответила: "Я не знаю". И всё… – говорит Светлана Ивановна.

В итоге суд частично удовлетворил требования истцов. Первоуральская больница должна выплатить компенсацию морального вреда всем членам семьи: малышу – 500 000 рублей, его маме – 300 000, папе – 200 000, бабушке – 70 000, плюс затраты на проведение судмедэкспертизы и услуги юриста. Всего чуть больше миллиона рублей.

Как рассказал юрист родителей Арсения (сам врач-анестезиолог) Вадим Каратаев, была допущена одна фатальная ошибка. Врачи не распознали дискоординированную родовую деятельность, когда разные отделы матки сокращаются каждый сам по себе, несинхронно.

– Это, на самом деле, небольшая проблема. Главное, чтобы было эффективное продвижение плода. Но дискоординация – это вид гипертонуса матки. На этом фоне назначение окситоцина было ошибкой. Он приводит к чрезмерной сократимости матки. Как следствие, ухудшился маточный кровоток, то есть уменьшилась скорость кровотока по плаценте, – объяснил Вадим Каратаев. – Врачи почему-то дискоординацию не распознали на кардиотокограмме, а написали ей "вторичная слабость родовой деятельности". Никакой там слабости не было! Раз слабости нет, зачем назначать окситоцин? И это было не распознано, и препарат ошибочно назначен. В итоге мы получили нарастающую гипоксию плода. А когда ситуация стала критической, плод уже внизу, делать кесарево стало поздно. Они наложили вакуум.

По словам юриста, сама процедура наложения вакуума была сделана правильно (так говорится и в выводах экспертов), но с опозданием на полчаса. Что касается кесарева, то его нужно было делать в самом начале.

– Эксперты мягко говорят, что кесарево было желательно, но необязательно. Хорошо. Момент кесарева упустили, но и вакуум наложили с опозданием. А почему гипоксия? Потому что изначально состояние плаценты было не очень хорошее. К тому же, в выводах есть указание на возможную инфекцию, но это не доказано. На этом фоне врачи поддали окситоцин. В итоге и маточный, и плацентарный кровотоки ослабли. Врачи думали, что борются со слабой родовой деятельностью, а сами только душили ребёнка, – говорит Вадим Каратаев.

В Министерстве здравоохранения Свердловской области изложили своё видение ситуации. Здесь обращают внимание на то, что эксперты не установили прямой связи между действиями врачей и исходом родов.

"По факту оказания медицинской помощи при родоразрешении пациентки К. А. экспертиза Министерства здравоохранения Свердловской области, внешняя экспертиза, проведённая в Санкт-Петербурге, прямой причинно-следственной связи между действиями сотрудников медицинского учреждения и исходом родов не установила. Течение родового акта у К. А. имело осложнённое течение, выбранная сотрудниками перинатального центра акушерская тактика завершение родов определена комиссией как наиболее оптимальная и правильная. На этапе родового зала реанимационная помощь новорожденному оказана своевременно и в полном объёме", – прокомментировали ситуацию в ведомстве.

Но юрист объясняет, что большинство таких "врачебных дел" – это дела гражданского судопроизводства, а в гражданском процессе нет необходимости доказывать исключительно прямую причинно-следственную связь.

– Достаточно доказать связь как таковую, и опять же в 97% заключений судмедэкспертиз по гражданским делам экспертные комиссии устанавливают (а суды, в свою очередь, с этим соглашаются) непрямую (косвенную) связь. Установление прямой причинно-следственной связи в гражданском процессе имеет 2 правовых последствия: 1) повышает степень виновности ответчика и, соответственно, размер ответственности, 2) предоставляет возможность уголовного преследования конкретного виновного лица (медицинского работника организации). Неплохо бы, чтобы в Минздраве это помнили. То, что связь носит непрямой характер, привело к тому, что теперь Минздрав как главный распорядитель бюджетных средств заплатит из областного бюджета по этому судебному решению. И пусть вообще радуются, что никто из врачей персонально не отвечает, – отметил Вадим Каратаев.

комментариев 0


Другие новости рубрики:

Архив новостей


      Сменить

Поделиться новостью

Вы можете бесплатно отправить новость нашему редактору для публикации
Вы изменяете своей второй половине?
нет, и никогда не буду
уже нет
пока нет, но "держаться нету больше сил" ;)
очень редко, когда приходится надолго расставаться
да, бывает
постоянно
и третьей тоже ;)
у меня нет половины
Ответить Результаты
Система Orphus
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
Бабушка из первоуральска по вправлению матки
              Яндекс.Метрика